Хьюстон, у нас проблемы: «минусовая» выручка от реализации предмета залога в банкротстве

Что делать, чтобы предупредить экстраординарную ситуацию и какой выход предлагает практика, если выручка все-таки не покрыла расходы на реализацию предмета залога в банкротстве? Рассуждает младший юрист Валерия Терюхова в своем блоге на Закон.ру

Обычно залоговый кредитор в банкротстве должника чувствует себя достаточно уверенно: при продаже предмета залога он сможет в привилегированном порядке погасить свое требование в полном размере или, как минимум, в размере 70% или 80%. Но готов ли залоговый кредитор к тому, что расходы, связанные с содержанием и реализацией этого залогового имущества, могут превысить выручку от его продажи?

Закон о банкротстве в п. 6 ст. 138 предусматривает, что расходы на обеспечение сохранности предмета залога и его реализацию на торгах (далее объединим все эти расходы под «расходами на реализацию») покрываются за счет средств, поступивших от реализации предмета залога. Такие расходы вычитаются из полученной суммы до распределения денежных средств по правилам ст. 138 Закона о банкротстве[1].

Представим себе ситуацию, в которой вычитание расходов на реализацию предмета залога образует отрицательное значение — то есть залоговый кредитор фактически лишается залоговой выручки и даже более того, уходит «в минус». Говорить о том, что допустить такие ситуации невозможно или крайне сложно — неверно, поскольку даже Суды находят подобное развитие событий более, чем реальным. А чем реальнее ситуация, тем болезненнее решается вопрос: кто в таком случае несет бремя расходов на реализацию предмета залога в части, не покрытой выручкой? Круг субъектов, которые гипотетически могут нести бремя расходов не велик: сам залоговый кредитор или должник (его конкурсная масса).

Из чего исходит судебная практика

Мне встретилось всего 3 судебных акта, которые отвечали бы на вопрос превышения расходов на реализацию предмета залога прямо. Косвенные позиции, в том числе Верховного Суда Р Ф о наращивании эксплуатационных платежей действиями арбитражного управляющего[2], вряд ли помогут решению, поскольку не учитывают фабулу, а именно — превышение расходов над выручкой.

Возвращаясь к поставленному вопросу, следует начать с позиции 2016 года, которая впоследствии была подхвачена практикой. Так Суд кассационной инстанции согласился с выводами Суда апелляционной инстанции о том, что в отсутствие волеизъявления залогового кредитора, расходы, превышающие выручку от реализации предмета залога, должны распределяться по общим правилам ст. 59 Закона о банкротстве[3]. Следовательно, расходы ложатся на конкурсную массу должника, а в случае недостаточности имущества — на заявителя по делу. При этом Суд также отметил:

«Поскольку расходы, связанные с обеспечением сохранности и реализацией предмета залога, превысили его стоимость; соглашение между конкурсным управляющий должником и залоговым кредитором о возмещении расходов, в части не покрытой за счет средств от реализации предмета залога, отсутствует, апелляционный суд сделал правильный вывод о возмещении данных расходов в общем порядке (пункт 3 статьи 59 Закона о банкротстве)«[4].

Интересным представляется и то, что Суд кассационной инстанции не прокомментировал позицию Суда первой инстанции об ущемлении прав кредиторов, чьи требования не обеспечены залогом имущества должника в случае возложения расходов на реализацию залогового имущества на конкурсную массу. Представляется, что это один из центральных вопросов, требующих разрешения Судом в такой ситуации.

Позиция о возложении расходов на реализацию предмета залога на конкурсную массу возникнет в практике еще, как минимум, дважды[5]. Но как в таком случае обеспечиваются интересы «незалоговых» кредиторов, история умалчивает.

Договор дороже денег

Поскольку безоговорочное возложение расходов на реализацию предмета залога на «незалоговых» кредиторов выглядит сомнительно, представляется, что несправедливость ситуации можно и нужно предупредить. В том, чтобы события не сложились таким образом, заинтересованы, в первую очередь, сами арбитражные управляющие, ведь возникновение убытков для «незалоговых» кредиторов неизбежно.

Однако, залоговый кредитор утверждает порядок продажи залогового имущества, а объективно представить ситуацию о невыгодности продажи залогового имущества могут как залоговый кредитор, так и арбитражный управляющий еще до начала торгов.

В таком случае, заключение соглашения между арбитражным управляющим и залоговым кредитором о распределении расходов при продаже залогового имущества на залогового кредитора (в части, не покрытой за счет средств от реализации залогового имущества) представляется достаточно разумным и необходимым шагом.

Итоги

Ситуация, в которой денежных средств от продажи предмета залога не хватит на покрытие расходов на реализацию — не частое явление, но тем не менее, вполне реальное. Судебная практика исходит из возможности возложения таких расходов на конкурсную массу. Но встает логичный вопрос: допустимо ли обременять «незалоговых» кредиторов расходами на реализацию залогового имущества, поскольку очевидно, что это приведет к нарушению их прав (удовлетворения своих требований от продажи залога они не получают и в утверждении порядка продажи залогового имущества не участвуют).

Представляется, что предупредить подобную ситуацию поможет разрешение с залоговым кредитором вопросов распределения расходов на реализацию предмета залога, в части, не покрытой выручкой еще до начала торгов — будет это отдельное соглашение или включение оговорки в порядок продажи.

В любом случае — выяснение воли залогового кредитора на финансирование расходов при продаже залога (учитывая возможность экстраординарного развития событий) — необходимый шаг, который сможет помочь арбитражному управляющему при возникновении спора.

***

[1] Денежные средства от реализации предмета залога распределяются пропорциональном порядке: 70% (или 80% - если залоговый кредитор — банк) уходят на погашение требования, обеспеченного залогом этого имущества, 20% (15%) уходят на погашение требований кредиторов 1-й и 2-й очереди, а остаток — на погашение текущих расходов, включая вознаграждение арбитражного управляющего, расходы на привлеченных специалистов и судебные расходы.

[2] См. п. 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда Р Ф 15.11.2017).

[3] Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 07.12.2016 г. № Ф04−172/2016 по делу № А46−548/2015.

[4] См. Там же.

[5] Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2017 г. № 07АП-460/2017(1) по делу № А27−19 083/2014; Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 17.04.2017 г. № 08АП-1484/2017 по делу № А46−11 712/2015.


Автор: Валерия Терюхова
Заказать услугу
Нажимая на кнопку "Отправить", вы даете согласие на обработку персональных данных и соглашаетесь c политикой конфиденциальности
17 ИЮНЯ / 2020